Путь воина [СИ] - NikL

еще раз в живот. Киоши заорал, схватившись за чужую руку и от безысходности прижавшись к твари с ножом, вцепился ему в шею зубами. Он почувствовал, как прокусывает мягкую плоть, как кровь начинает заполнять его рот. Грабитель, зарычав с примесями поросячьего визга, бешено начал вырываться и колотить сначала кулаком, а потом, когда освободил руку с ножом, принялся наносить удар за ударом, до тех пор, пока зубы не разжались и тело Киоши не обмякло, упав на брусчатку.

— Вот же сука! Бешено орал мужик, — олень! ты чего расселся?! — схватив под руку своего товарища, который рукой держался за шею и что-то стонал, начал поднимать его.

— Кретина кусок! Побежали отсюда, пока стража не пришла на эти крики — продолжил он, волоча тело пребывавшего в шоке мужика с залысинами.

Но стража так и не пришла, криков не было слышно из-за шума праздника.

А Киоши, оставшись лежать на дороге и чувствуя, как жизнь вытекает из него, думал о том, почему же он не додумался перед нападением, спрятать деньги на крыше. Теперь их кто-то сможет у него забрать… А ведь он так старался их заработать…

Глава 2

Теплый весенний вечер, в воздухе витает дух веселья, улицы переполнены людьми, праздничный гомон заполняет каждый уголок. А я смотрю на это все свысока, я лечу над крышами домов, нет, я лечу наравне с облаками. Ветер обдувает мое лицо. Я свободен, словно птица.

Внизу я вижу потерявшуюся девочку, которая смотрит по сторонам и не может найти своих родителей. Она испугана, она плачет. Решаюсь опустится пониже, чтобы рассмотреть ее получше. Стремительно лечу вниз… слишком быстро. Нет, я не лечу, я падаю… и не могу остановится. Земля вот-вот расплющит меня.

Я неудачно приземляюсь и ломаю себе ногу. Жуткая боль скрутила мое тело, сжало в тиски и не отпускает. Кровь течет из ноги, теперь из живота, кровь хлещет отовсюду так, что пульсирует в такт моего сердца. Кровь повсюду, даже у меня во рту. Я прокусил себе язык? Снова жуткая боль, хотя она никуда не уходила. Из темного переулка я вижу кровожадные глаза, которые смотрят на меня с жадностью. Это чудовище, и оно голодно. Я в опасности. Надо срочно бежать. Но моя нога… я смотрю на ногу и вижу, как из нее торчит палка. Это моя кость? Нет, это обломанная палка, которая острым концом торчит из моей ноги.

Потом снова поднимаю глаза перед собой и вдруг, чудовище резко бросается на меня с омерзительным рыком. Оно рвет меня на куски и бешено рычит. Хотя это больше похоже на человеческий крик, но это не человек. Жуткое чудовище с человеческими воплями. Оно хочет сожрать меня… Разорвать на мелкие кусочки…

Как вдруг, я резко просыпаюсь весь в поту, у меня жар. Где я? Я смотрю по сторонам, но никак не могу понять, это точно незнакомое место. Не мой дом, но и на небеса непохоже. Хотя пахнет тут едой, словно я в раю. Я снова опускаю голову. Зачем беспокоится, если я уже умер. И в очередной раз проваливаюсь в дрему.

* * *

— Мика, я знаю, что у тебя большое сердце, даже слишком, но не стоило приводить сюда этого… — престарелый человек запнулся, не зная, как выразиться, чтобы звучало не слишком грубо, но при этом подобрать нужные слова — бездомного голодранца.

— Дедушка, но у тебя ведь тоже большое сердце, я знаю ты добрый… Скажи, как я могла пройти мимо? Если вижу, что человеку нужна помощь? Никто больше не мог помочь. Он бы точно умер! Даже сейчас я не уверена, что он выживет, когда кровотечение остановлено.

Молодая девушка, с виду лет шестнадцати, сидела рядом со своим дедушкой, который выглядел лет на девяносто, но при этом было видно, что он в очень хорошей форме. Подтянутый и достаточно опрятный, он сидел в кресле и с задумчивым взглядом поглаживал свою бороду.

Тем временем девушка продолжила:

— Тем более он там сам оказался случайно, я видела, как он кинулся на помощь другому мальчику, на которого напали грабители с ножом. Если бы не он, его бы убили — пытаясь поймать его взгляд, чтобы выглядеть более убедительной, произнесла она.

— И где сейчас тот мальчик? — впервые за разговор, дедушка повернул на нее голову.

— Я, честно говоря, не знаю, я пыталась помочь этому юноше. Но тот мальчик, по-моему, не ранен. Он быстро убежал оттуда — сказала Мика, с таким видом, будто пыталась вспомнить каждую деталь этого вечера. — Да, он точно был сильно напуган и сразу же побежал, как можно скорее и дальше...

— Ты же понимаешь, что не сможешь помогать каждому бездомному? — с опаской спросил дедушка. Он серьезно беспокоился, как бы его любимая внучка не начала таскать домой всех подряд. Особенно если он сейчас согласится оставить этого худощавого мальчугана.

— Каждому не смогу, но если есть возможность помочь хотя бы одному, который нуждался в этом... Как я могла отвернуться? — Слегка опустив голову и прижав руки к груди, произнесла она.

— Ну хорошо. — не смог противостоять он её доводам, особенно, когда она делает такое несчастное лицо. — Но только потому, что я не хочу тебя огорчать. Мы оставим его у себя до тех пор, пока он не встанет на ноги. А потом я выставлю его за дверь. Поняла?! — проговорил он, стараясь выглядеть максимально суровым.

— Ура-а-а! Спасибо дедуля, ты самый лучший — с счастливым визгом, она кинулась ему на шею и поцеловала в щёчку. Собиралась уже уйти, но он снова заговорил.

— И не вздумай без моего ведома к нему подходить. Если узнаю, накажу! — выждав недолгую паузу, чтобы убедиться, что она его услышала, он продолжил, — а пока иди, завари ему целебную настойку и поставь перед кроватью, как проснется, сам выпьет. Уж не дикий зверь, наверное…

— А если он побоится трогать? Я думаю, он сейчас никому не доверяет.

— Значит он тугодум. Чего боятся людей, которые и так его спасли? Сдался он кому... Все, ступай. Время уже. Нам самим спать пора. А на этом мальчишке свет клином не сошелся!

С этими словами он сделал жест рукой, чтобы